После операции на кишечнике вывели колостому теперь дают пить белую жидкость и повезут

Продолжим, как и обещал. Сколько прошло времени не знаю, но включился свет появились медсестры, уколы, капельницы, градусник, температура около 39 с лишнем и все пошло как в тумане и бреду. Помню, что одна из врачей, что делала УЗИ сказала, какой дивертикулит, весьма спорно, я ничего особенного не вижу, тогда я спросил у неё, а что там, что со мной?

Дорогие читатели! Наши статьи рассказывают о типовых способах решения проблем со здоровьем, но каждый случай носит уникальный характер.

Если вы хотите узнать, как решить именно Вашу проблему - начните с программы похудания. Это быстро, недорого и очень эффективно!


Узнать детали

Задать вопрос и получить консультацию врача (архив)

Портал Проза. Все авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил публикации и законодательства Российской Федерации. Данные пользователей обрабатываются на основании Политики обработки персональных данных.

Вы также можете посмотреть более подробную информацию о портале и связаться с администрацией. Ежедневная аудитория портала Проза.

В каждой графе указано по две цифры: количество просмотров и количество посетителей. Портал работает под эгидой Российского союза писателей. Записки хирурга Юрий Абрамов Хирург. Рабо-та хирурга отличается от работы врачей других специальностей тем, что хирургу приходится вмешиваться в организм больного с помощью ножа скальпеля и именно таким способом решать проблемы больного. Всякая операция — это огромный риск, риск для больного, который отдает в руки хирурга свое здоровье, свою жизнь, и риск для хирурга.

Профессия хирурга — тяжелый физический труд, это колоссальное психологическое напряжение, как во время операции, так и в послеоперационном периоде. Каждый хирург очень переживает за исход операции, за судьбу оперированного им больного, и всегда старается сделать всё возможное, а порой и невозможное для спасения его жизни и восстановления его здоровья.

Очень тяжело переживается смерть пациента, и состояние подавленности остается на долгие годы в душе хирурга. Очень тяжело находиться у постели умирающего больного, которому ты не в силах помочь. Всё это сокращает продолжительность жизни хирурга, чья жизнь по статистике самая ко-роткая среди всех остальных профессий. Ради этого, поверьте, стоит жить. Так, например, при обнаружении у себя бородавки не следует самостоятельно решать ее судьбу, а нужно немедленно обратиться к специалисту; при оказании помощи раненому в грудь не следует вынимать нож из раны, так как он сдерживает кровотечение; при наличии любой раны, даже царапины, следует обратиться в травмопункт для профилактики столбняка; при появлении болей в животе срочно нужно обратиться к хирургу; при жела-нии прыгнуть в воду, следует обследовать глубину, и т.

Бородавка Это было в самом начале моей врачебной дея-тельности, когда я работал в войсковой части в одном из закрытых городов Сибири сразу после окончания медицинского института. Наш строи-тельный полк располагался на окраине одного из поселков, расположенного в километре от города, в этом же поселке находилась наша квартира, где мы проживали с женой Тамарой, а до полка расстояние было — метров, так что до работы мы добирались за считанные минуты.

Территория полка была окружена высоким деревянным забором. Железные ворота были выкрашены синей краской, а большая металлическая звезда — ярко-красной краской.

У ворот стояла будка, где постоянно находились дежурные солдаты. Они пропускали всех служащих по пропускам, а когда появлялся автомобиль, то выходили из будки и открывали ворота, предварительно открыв замок.

В полку было 12 строений барачного типа, в таком же помещении располагалась медсанчасть, кроме того, был клуб, гараж и большая столовая для солдат. Кроме того, были аптека, помещение дежурного фельдшера, зубной кабинет, процедурная и перевязочная. Несколько позднее, когда старший врач полка майор Ангалышев Фатых Абдурахманович затеял ремонт, я убедил его сделать маленькую операционную, в которой был установлен операционный стол высокая кушетка , стеклянный шкаф для инструментов, а над сто-лом повесили большую свечевую электрическую лампу, которая освещала не только операционный стол, но и всю опе-рационную целиком.

Перед тем, как разрешить устроить такую операционную, майор спросил меня: — А зачем вам операционная? Кого вы хо-тите там оперировать?

На что я ответил: — Как кого, Фатых Абдурахманович! Ведь знаете, сколько солдат в полку ходят с поверхностными, подкожными опухолями — липомами, атеромами, гигромами, да и рану вдруг придется зашивать. Не посылать же каждого в госпиталь.

Я ведь хочу быть хирургом. А Вы мне будете ассистировать. Он полностью со мной согласился, и операци-онная после ремонта блестела новой синей крас-кой, стеклянным шкафом, в котором уже лежали хирургические инструменты, и операционным столом, покрытым белоснежной простыней. Работа полковых врачей начиналась в 14 часов.

Мы делали обход больных, находящихся в лазарете, выслушивали легкие, ощупывали животы, осматривали потертости стоп, которых было довольно много увиливали от строевых занятий, как говорили командиры рот , измеряли артериальное давление, занимались перевязками и т. А самая работа начиналась в И вот в один из таких приемов ко мне в кабинет вошел солдат, одетый в довольно потертую гимнастерку, перетянутую широким ремнем, в таких же галифе и кирзовых сапогах видавших виды.

Он заметно хромал. Я предложил ему разуться и спросил: — Что, ногу натер? Он ответил: — Да нет. Уже давно хромаю. Бородавка у меня на большом пальце.

Я уж ее лезвием срезал сколько раз, а она все не заживает, болит, и ходить не дает. Я осмотрел его стопу. Действительно, на тыль-ной поверхности большого пальца правой стопы я увидел большую бородавку на широком основании и выступающую над поверхностью кожи более чем на миллиметров. Но вид бородавки мне не понравился, так как на верхушке ее я увидел гладкую, розовую поверхность с пупковидным вдавлением, незажившие ранки от лезвия бритвы, которой срезал бородавку сам больной, а вокруг основания легкое покраснение кожи.

Я предложил его госпитализировать, полечить, а когда краснота вокруг бородавки исчезнет, удалить бородавку радикально под местным обезболиванием. Краснота быстро исчезла после лечения, и я решил произвести операцию удаления бородавки. И вот операция. Мы с майором Ангалышевым уложили больного солдата на операционный стол, помыли и обработали руки спиртом.

Я обработал стопу раствором йода и спиртом, сделал местную анестезию раствором новокаина, и скальпелем срезал бородавку, как говорится, под самый корешок, вровень с кожей пальца. Брызнул небольшой фонтанчик крови, который я остановил, придавив пальцем салфетку, и наложил асептическую повязку с раствором фурациллина. Через несколько дней ранка поджила, и я выписал больного, освободив его на несколько дней от работы и строевой подго-товки.

Через 2 дня он явился на перевязку, а затем не приходил целую неделю. Как-то, встре-тив на территории полка старшину роты, в кото-рой служил этот больной солдат, я спросил его: — А что это солдат с бородавкой не ходит на перевязки? Или уже выздоровел? На что он мне ответил: — Так его и еще 15 человек перевели в другой полк. И я подумал, что, вероятно, у него бородавка исчезла, рана зажила, и он не являлся на перевязки. И вскоре этот случай с бородавкой вылетел у меня из головы, и я совсем забыл о нем.

Прошло четыре месяца. Я уже удалил почти все мелкие подкожные опухоли у солдат в полку, а поскольку мне хотелось оперировать, то я стал посещать хирургическое отделение гос-питаля в те дни, когда там был плановый операционный день.

Я уже самостоятельно выполнил несколько операций, таких как грыжесечение удаление грыжи , аппендэктомию удаление червеобразного отростка удаление швейной иглы из стенки желудка, которую солдат случайно проглотил, и др. И вот в один из таких дней я иду по коридору хирургиче-ского отделения и вижу, что навстречу мне идет улыбающийся солдат в больничной одежде и произносит: — Здравствуйте!

Я поздоровался и тут же узнал своего пациента с бородавкой на пальце. На что он мне ответил: — Да ничего не случилось, только бородавка до сих пор не зажила, и теперь меня лечат здесь, в госпитале. Я очень удивился этому обстоятельству и ре-шил спросить об этом у врачей отделения. В то время начальником хирургического отделения госпиталя был подполковник Никотин Алек-сандр Семенович, а ординаторами отделения работали Петр Байдала, мой ровесник, который окончил Ленинградский мединститут и был направлен в Сибирь именно в этот госпиталь, в котором проработал, как и я, не более полугода, и Алла Григорьевна Прищепа — старший ординатор, окончившая в Киеве ординатуру двухгодичное обучение по специальности.

Я вошел в ординаторскую и спросил у Никотина об этом больном. И вот что он мне ответил: — Так у него же длительно незаживающая язва на пальце, он уже вторую неделю лежит у нас, а язва не заживает. Я ему делаю повязки с содовым раствором. Сода размягчает ткани и, может быть, язва заживет. Поскольку более близкие отношения у меня были с Петром, я ему рассказал подробности об этом больном. Немного подумав, он сказал: — Юра, а давай возьмем соскоб с этой язвы и отправим на гистологию.

А Никотину пока ничего не говори, а то он запретить может — дескать, гистологическую лабораторию перегру-жаем ерундой всякой. Я-то его знаю. Так и порешили. Взяв соскоб с язвы, мы направили его в гистологическую лабораторию, и теперь оставалось только ждать. Следующее мое посещение хирургического отделения госпиталя состоялось дней через 10, и как только я вошел в ординаторскую, то сразу спросил Петра о гистологии. Он ответил: — Так уже пора бы прийти результату, но его пока нет… И тут же спросил Никотина: — Александр Семенович, а Вы не получали ка-ких-нибудь анализов из лаборатории?

Тот вяло произнес: — Пошарь у меня в столе в кабинете, там какие-то анализы уже давно лежат. И мы с Петром кинулись в кабинет начальника отделения. Выдвинув ящик письменного стола, обнаружили целую пачку анализов, которым уже давно полагалось находиться в историях болезней больных, а они все лежат и лежат в ящике письменного стола начальника отделения.

Петр возмутился: — Ну, Никотин! Я неделю жду анализов, а они лежат у него в ящике. Хоть бы просматривал их при получении, — поворчал Петр и тут же нашел анализ нашего соскоба. Человеку другой профессии не понятно, что это такое, но врачу, даже с таким небольшим стажем как у нас с Петром и при отсутствии врачебного опыта, сразу стало ясно, что это приговор.

Петр помчался в палату осматривать больного, и, вернувшись, сказал: — Юра, да у него же печень увеличена и вся в плотных буграх. Это же метастазы… Помолчав, я предложил сделать больному рентгенографию легких и Петр, одобрив это предложение, помчался его выполнять. В ожидании рентгенограммы, мы сидели с Петром на крылечке хирургического отделения и искренне переживали за больного. Петр ворчал на Никотина, который имея хирургический опыт, не смог заподозрить рак в этой язве, я сожалел о той операции, которую сделал этому больному в полку и считал себя виноватым.

Но Петр говорил: — Да что мы с тобой?! Да и Алла Григорьевна хороша — делает эти перевязки и тоже ничего не видит! Да, Юра, этот случай нас с тобой многому научит. А вот их — не знаю он имел в виду Никотина и Прищепу , а метастазы у него, похоже, уже до твоей операции были.

Вскоре нас пригласили в рентген кабинет, и мы увидели ужасающую картину: оба легких были усеяны различной величины образованиями, которые рентгенологи посчитали ни чем иным, как метастазами. Помню, что больному Никотин сказал о том, что у него обнаружили заболевание легких и печени, что его комиссуют и нужно лечиться дома по месту жительства.

Записки хирурга

Перейти к аудиокниге. Завершились праздничные дни. Стопы теплые, пульсация отчетливая, какая гангрена? Правое колено замотано грязной мокрой тряпкой. Нельзя так.

Прихватило у меня правый бок, был на машине и заехал в больницу. В приемном покое сдал анализы, хирург осмотрел, поставил диагноз аппендицит. Отпросился у него машину на парковку поставить, слава живу не далеко. А так как, при операциях знаю что надо брить места где будут тебя вскрывать решил сделать эту процедуру дома и своим станком. Выбрив все что нужно направился на операцию, бок начал болеть сильней. Просит продемонстрировать для оценки проделанной работы, убедившись в оной отпускает меня в хирургическое отделение.

Портал Проза. Все авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил публикации и законодательства Российской Федерации. Данные пользователей обрабатываются на основании Политики обработки персональных данных. Вы также можете посмотреть более подробную информацию о портале и связаться с администрацией. Ежедневная аудитория портала Проза. В каждой графе указано по две цифры: количество просмотров и количество посетителей. Портал работает под эгидой Российского союза писателей.

.

.

.

.

Комментариев: 1

  1. remez1949:

    Геннадий, вы хорошо пошутили, я смеялась